Неточные совпадения
Кокетка судит хладнокровно,
Татьяна любит не шутя
И предается безусловно
Любви, как милое дитя.
Не говорит она: отложим —
Любви мы цену тем умножим,
Вернее в сети заведем;
Сперва тщеславие кольнем
Надеждой, там недоуменьем
Измучим сердце, а потом
Ревнивым оживим огнем;
А то, скучая наслажденьем,
Невольник хитрый из оков
Всечасно вырваться готов.
А у меня к тебе влеченье, род недуга,
Любовь какая-то и страсть,
Готов я душу прозакласть,
Что
в мире не найдешь себе такого друга,
Такого
верного, ей-ей...
Она содрогалась, изнемогала, но с мужественным любопытством глядела на этот новый образ жизни, озирала его с ужасом и измеряла свои силы… Одна только
любовь не изменяла ей и
в этом сне, она стояла
верным стражем и новой жизни; но и она была не та!
Кроме страстного влечения, которое он внушал мне, присутствие его возбуждало во мне
в не менее сильной степени другое чувство — страх огорчить его, оскорбить чем-нибудь, не понравиться ему: может быть, потому, что лицо его имело надменное выражение, или потому, что, презирая свою наружность, я слишком много ценил
в других преимущества красоты, или, что
вернее всего, потому, что это есть непременный признак
любви, я чувствовал к нему столько же страху, сколько и
любви.
Без сомнения, иной юноша, принимающий впечатления сердечные осторожно, уже умеющий любить не горячо, а лишь тепло, с умом хотя и
верным, но слишком уж, судя по возрасту, рассудительным (а потому дешевым), такой юноша, говорю я, избег бы того, что случилось с моим юношей, но
в иных случаях, право, почтеннее поддаться иному увлечению, хотя бы и неразумному, но все же от великой
любви происшедшему, чем вовсе не поддаться ему.
Для вас, души моей царицы,
Красавицы, для вас одних
Времен минувших небылицы,
В часы досугов золотых,
Под шепот старины болтливой,
Рукою
верной я писал;
Примите ж вы мой труд игривый!
Ничьих не требуя похвал,
Счастлив уж я надеждой сладкой,
Что дева с трепетом
любвиПосмотрит, может быть, украдкой
На песни грешные мои.
Поэзии чудесный гений,
Певец таинственных видений,
Любви, мечтаний и чертей,
Могил и рая
верный житель
И музы ветреной моей
Наперсник, пестун и хранитель!
Прости мне, северный Орфей,
Что
в повести моей забавной
Теперь вослед тебе лечу
И лиру музы своенравной
Во лжи прелестной обличу.
Он много раз был до безумия влюблен то
в какую-нибудь примадонну, то
в танцовщицу, то
в двусмысленную красавицу, уединившуюся у минеральных вод, то
в какую-нибудь краснощекую и белокурую немку с притязанием на мечтательность, готовую всегда любить по Шиллеру и поклясться при пении соловья
в вечной
любви здесь и там, — то
в огненную француженку,
верную наслажденью и разгулу без лицеприятия… но такого влияния Бельтов не испытывал.
Единственный
верный религиозный миф заключается не
в том, что Бог — господин и стремится к господству, а
в том, что Бог тоскует по своему другому, по ответной
любви и ожидает творческого ответа человека.
Она опомнилась, но было уже поздно, да и страсть взяла свое, она привязалась к своему любовнику со всею силою пробужденной им
в ней чисто животной страстью. Она стала его
верной рабой, его
верной собакой, смотрящей
в глаза. Такую чувственную
любовь умеют пробуждать
в женщинах одни мерзавцы.
Княгиня Вера, у которой прежняя страстная
любовь к мужу давно уже перешла
в чувство прочной,
верной, истинной дружбы, всеми силами старалась помочь князю удержаться от полного разорения.
Но и
в любви-дружбе должно быть эротическое проникновение
в неповторимую тайну лица любимого,
вернее, отражение одного
в другом и глубинное понимание.
Господа стихотворцы и прозаики, одним словом поэты,
в конце прошедшего столетия и даже
в начале нынешнего много выезжали на страстной и
верной супружеской
любви горлиц, которые будто бы не могут пережить друг друга, так что
в случае смерти одного из супругов другой лишает себя жизни насильственно следующим образом: овдовевший горлик или горлица, отдав покойнику последний Долг жалобным воркованьем, взвивается как выше над кремнистой скалой или упругой поверхностыо воды, сжимает свои легкие крылья, падает камнем вниз и убивается.
Человек, признающий то, что смысл и деятельность
в любви, негодует на то, что ему указан
верный и несомненный путь этой деятельности и те самые опасные ошибки, которые могут отвлечь его от истинного пути.
Один только есть у всех существ
верный руководитель. Руководитель этот — всемирный дух, который заставляет каждое существо делать то, что ему должно делать: дух этот
в дереве велит ему расти к солнцу,
в цветке велит ему переходить
в семя,
в семени велит ему упасть
в землю и прорасти.
В человеке дух этот велит ему соединяться
любовью с другими существами.
— Да, вначале, может быть, поплачет и даже полученные деньги от вас, вероятно, швырнет с пренебрежением; но, подумав, запрет их
в шкатулку, и если она точно девушка умная, то, конечно, поймет, что вы гораздо большую приносите жертву ей, гораздо больше доказываете
любви, отторгаясь от нее, чем если б стали всю жизнь разыгрывать перед ней чувствительного и
верного любовника — поверьте, что так!..
— Что? чем я нехороша?.. Хороша! Это меня так убрал милсердечный друг за
любовь к нему за
верную: за то, что того, которого больше его любила, для него позабыла и вся ему предалась, без ума и без разума, а он меня за то
в крепкое место упрятал и сторожей настамовил, чтобы строго мою красоту стеречь…
Верный ваш И. П. [
В бумагах Пущина сохранилось неизвестное
в печати послание к нему
В. Л. Давыдова, характеризующее общую
любовь декабристов к адресату.
Все-таки я Володьку совсем не отшила. И сказать уже всю правду? Мне с ним все-таки как-то приятно бывать. Выработалась привычка,
вернее — потребность, с ним видеться. Общая работа, интересные споры — и первая ласка. Я уклонялась, не хотела (считала, нет у меня
любви «по-настоящему»), и все-таки поцелуй —
в губы. И после собрания за руку шли домой.
Выдумать грязную сплетню на нее, как на жену и женщину! На нее! Стоило десять лет быть
верною Евлампию Григорьевичу! Да,
верной, когда она могла пользоваться всем… и здесь, и
в Петербурге, и за границей. Ей вот тридцать второй год пошел. Сколько блестящих мужчин склоняли ее на
любовь. Она всегда умела нравиться, да и теперь умеет. Кто умнее ее здесь,
в Москве? Знает она этих всех дам старого дворянского общества. Где же им до нее? Чему они учились, что понимают?..
На все такие предварительные условия и предъявления будущих прав жены Алексей Степаныч отвечал с подобострастием, что «все желания Софьи Николавны для него закон и что его счастие будет состоять
в исполнении ее воли…», и этот ответ, недостойный мужчины,
верный признак, что на
любовь такого человека нельзя положиться, что он не может составить счастья женщины, — мог понравиться такой умной девушке.
С годами это прошло, но странности
в характере князя остались. Всю свою
любовь он перенес на свою дочь, Варвару Ивановну, царившую
в доме неограниченною повелительницей и считавшую
в числе своих
верных рабов и старика отца.
В детстве это был прямо ребенок-деспот. С летами деспотизм несколько сгладился, но следы его остались
в характере молодой девушки.
О, как недостаточен, как бессилен язык человеческий для выражения высоких чувств души, пробудившейся от своего земного усыпления! Сколько жизней можно отдать за одно мгновение небесного, чистого восторга, который наполнял
в сию торжественную минуту сердца всех русских! Нет,
любовь к отечеству не земное чувство! Оно слабый, но
верный отголосок непреодолимой
любви к тому безвестному отечеству, о котором, не постигая сами тоски своей, мы скорбим и тоскуем почти со дня рождения нашего!
Ирина. Это не
в моей власти. Я буду твоей женой, и
верной и покорной, но
любви нет, что же делать! (Плачет.) Я не любила ни разу
в жизни. О, я так мечтала о
любви, мечтаю уже давно, дни и ночи, но душа моя как дорогой рояль, который заперт и ключ потерян.
— Итак, государыня, зная, что вы будто вовлекли княжну
в порочную связь, что вы любите ее неограниченно (доказывают это письма ваши
в руках у государыни); получив также
верные свидетельства, что вы не любите супруги вашей, от которой не имеете и детей, и что вы хлопотали уже о разводе, предлагает вам свое покровительство
в этом деле. Преступная
любовь ваша и
любовь сироты, столь драгоценной сердцу ее величества, должна освятиться у алтаря.
— Правда
в ваших словах чувствуется великая и, конечно, внутренняя правда, а не логическая и, стало быть, самая
верная; но ведь вот какая тут история: думаешь о
любви как-то так хорошо, что как ни повстречаешься с нею, все обыкновенно не узнаешь ее!.. Все она беднее чем-то. И опять хочется настоящей
любви, такой, какая мечтается, а настоящая
любовь…
Беспокойная подруга Ильи Макаровича улеглась на вечный покой
в холодной могиле на Смоленском кладбище, оставив художнику пятилетнего сына, восьмилетнюю дочь и вексель, взятый ею когда-то
в обеспечение себе
верной любви до гроба.
Когда дворчане Мамоновы проведали, что он идет один на орлов (не зная, однако ж, для какой цели), все,
в ноги ему, стали умолять не пускаться
в такую неровную битву. Не из
любви это делали — боярин и для них был злодеем, — нет, а из страха за себя. Пускай бы шел хоть на
верную смерть, лишь бы их не вел к ответу. Поверят ли, чтобы он не приказал им следовать за ним, когда предстояла такая видимая опасность. Моления служителей напрасны; боярин решился на бой.
И дики тех ущелий племена,
Им бог — свобода, их закон — война,
Они растут среди разбоев тайных,
Жестоких дел и дел необычайных;
Там
в колыбели песни матерей
Пугают русским именем детей;
Там поразить врага не преступленье;
Верна там дружба, но
вернее мщенье;
Там за добро — добро, и кровь — за кровь,
И ненависть безмерна, как
любовь.
О судьбе обманутой им принцессы он, по всей вероятности, не знал ничего
верного, и когда через одиннадцать лет после того, как он захватил ее
в Ливорно,
в Ивановском монастыре помещена была настоящая княжна Тараканова, граф Алексей Орлов, как говорит предание, никогда не ездил мимо этого монастыря, полагая, что там томится
в заключении его жертва, некогда любившая его страстно, предавшаяся ему беззаветно и так ужасно обманутая его притворною
любовью.
Чтобы составить себе
в Москве практику, врачу существует
в настоящее время два пути: один, более
верный, — это заслужить внимание и
любовь кого-либо из университетских богов-врачей, обильно и щедро раздающих практику всем истинно верующим
в них; второй же, более рискованный и трудный, — быть самому ловким и не брезговать никакими средствами…
Одно появление короля
в этом войске, одно имя Карла, победителя русских, датчан, немцев и поляков, есть уже важное приращение сил лифляндской армии, есть залог
в ней драгоценный, который будут защищать
верные подданные
любовью и восторгом, чувствами, теперь
в ней уснувшими.
Здесь он был совершенно
в своей сфере: мог без важных последствий ставить фолианты вверх ногами, сближать Эпикура [Эпикур (341–270 до н. э.) — греческий философ-материалист, борец против религиозных суеверий.] с Зеноном [Зенон — греческий философ (V
в. до н. э.).], сочетать Квинта Курция с Амазонками из монастыря, помещать Hагражденную пробу
любви верного Белламира между Проповедями и так далее,
в забывчивости перемешать всю библиотеку, на приведение которой
в порядок потребовалось бы целое общество библиоманов.
— Ты мой
верный!..» — и опять клала мне руки свои на плечи, опять
в меня всматривалась и продолжала повторять: «Ты меня любишь… любишь… будешь любить?» Я не сводил с нее глаз; я еще никогда не видал ее
в этих припадках нежности и
любви; правда, это, конечно, был бред, но… заметив мой страстный взгляд, она вдруг начинала лукаво улыбаться; ни с того ни с сего она вдруг заговаривала о мистере Астлее.
— Что касается до меня, — ответил он, — то я понимаю свои обязанности к обывателям так: во-первых, образовать
в среде управляемых мною
верных исполнителей предначертаний и, во-вторых, — укоренить
в них
любовь к труду. Только и всего.
Рассудок говорил о безрассудной его дерзости, советовал повыждать для более
верного успеха; но известен закон, что самые запальчивые и безрассудные люди
в любви — это старики и молодые юноши.
Пред нею дверь; с недоуменьем
Ее дрожащая рука
Коснулась
верного замка…
Вошла, взирает с изумленьем…
И тайный страх
в нее проник.
Лампады свет уединенный,
Кивот, печально озаренный;
Пречистой Девы кроткий лик
И крест,
любви символ священный,
Грузинка! все
в душе твоей
Родное что-то пробудило...
Любовь (как
в бреду). Жизнь и смерть — две подруги
верные, две сестры родные, мама.
Так же, как у Шекспира,
в старой драме заступившийся за Корделию и за это изгнанный придворный Периллус-Кент приходит к нему, но не переряженный, а просто
верный слуга, который не оставляет
в нужде своего короля и уверяет его
в своей
любви.
Она, одна из немногих, верила
в мою невиновность, еще при последнем прощании она клялась оставаться мне
верной до гроба и скорее умереть, нежели изменить
любви, — и вот всего лишь через год она вышла замуж за господина, которого я знал, человека, хотя и обладающего некоторыми достоинствами, но далеко не умного.
Не разменивая своего чувства
любви на мелкие личные привязанности, я тем самым одновременно освобождаю его для широкой, мощной
любви к человечеству, а так как человечество бессмертно, не подвержено болезням и
в гармоничном целом своем несомненно движется к совершенству, то и
любовь к нему является наиболее
верной гарантией душевного и телесного здоровья.
И не
любовь, не жалость зашевелились
в душе Дуль-Дуля при одной мысли, что он может лишиться Ивана, а просто боязнь потерять доброго,
верного и нужного слугу.
— Уверенные
в вашей мудрости и
любви к общей славе, мы уже назначили пред градом место для
верной дружины псковской».
Любовь!.. Но знаешь ли, какое
Блаженство на земле второе
Тому, кто всё похоронил,
Чему он верил; что любил!
Блаженство то
верней любови,
И только хочет слез да крови.
В нем утешенье для людей,
Когда умрет другое счастье;
В нем преступлений сладострастье,
В нем ад и рай души моей.
Оно при нас всегда, бессменно;
То мучит, то ласкает нас…
Нет, за единый мщенья час,
Клянусь, я не взял бы вселенной!
Выдохлась, или,
вернее сказать, перешла
в любовь к театру.
Обнять гордой мыслью все мироздание, направить могучую руку на славные подвиги, стать одному против целого мира, разрушить все препятствия и отыскать свое счастье
в наслаждениях высокой славы и
верной любви — вот возвышенные стремления юношеского возраста.
О, как недостаточен, как бессилен язык человеческий для выражения высоких чувств души, пробудившейся от своего земного усыпления. Сколько жизней можно отдать за одно мгновение небесного чистого восторга, который наполнял
в сию торжественную минуту сердца всех русских! Нет,
любовь к отечеству не земное чувство! Она слабый, но
верный отголосок непреодолимой
любви к тому безвестному отечеству, о котором, не постигая сами тоски своей, мы скорбим и тоскуем почти со дня рожденья нашего.
Печально было смотреть на эту привычную действительность, когда перед глазами носился еще облик рыцаря и поэта,
в ушах еще звучали наивно благородные излияния чистой, непродажной и
верной любви.
Когда же мой юный,
Убитый печалию, цвет опадет,
О
верные струны,
В вас с прежней
любовью душа перейдет.
Как прежде, взыграет
Веселие
в вас,
И друг мой узнает
Привычный, зовущий к свиданию глас.
Об этой-то Елизавете Андреевне и вспомнил Серж, возымев «благое намерение» совершить первую подлость. Он ей понравился, это несомненно. Да и что же
в этом удивительного? Он… красив… богат… Остальное пойдет как по маслу… Обмануть своего старого товарища… совратить с истинного пути эту женщину — полуребенка… до сих пор такую любящую, такую
верную… разбить его счастье… убить эту
любовь… разве это не будет подлостью высшей пробы… приятной и шикарной?..